Мое путешествие по стране, где всех заставляют переживать. Неделя 16.

Честный блог о личном опыте психотерапии.

Когда ты в гештальт терапии, изменения происходят настолько незаметно, что когда они проявляются ситуативно – человек начинает гордиться собой. В этом одна из причин колебаний от упадочных настроений до подъемов, ну и повод для мелких радостей в жизни, когда ты начинаешь поступать так, как никогда до этого не поступал.

На самом первом сеансе, когда мы только знакомились с Антоном, и я пыталась вкратце обрисовать причины, по которым к нему пришла (а я пришла с пинка и в кризисе), меня постоянно срывало на плач, но я блокировала себя и не давала разреветься.

Это же истерия, – говорила я тогда, когда он спрашивал, почему же мне не плачется.

А ИСТЕРИЯ ЭТО ПЛОХО?

– Кто оценивает? – просто спросил Антон.

Один вопрос – но в моей голове запустилась цепочка сомнений. Истерия – это плохо, потому что плохо. Слезы, злость, обиды, неудовольствие – все в топку. Именно с такими установками я прожила большую часть жизни.

Ответить тогда я не смогла. Антон не настаивал. Он делал все возможное, чтобы моя система убеждений не полетела за один сеанс, поэтому с той сессии я вышла со стыдом, но с сомнениями.

Прошло 16 недель. Это почти половина беременности, по физическим меркам. По меркам психологическим – это начало, но для меня стало очевидным, что я сделала большой скачок.

Хотя бы потому, что плач и истерия перестали быть для меня чем-то запредельным.

КТО ОЦЕНИВАЕТ?

Каждый раз спрашивала я себя, когда слезы подкатывали к глазам, а горло сжимал обычный круг стыда и мыслей о том, что обо мне подумают.

Да, это такой побочный эффект терапии – слезы, которым вдруг становится легко. Я стала даже слишком слезоточивой, но это меня скорее радовало, учитывая, как сложно мне было плакать в прошлой жизни до терапии.

Так кто же оценивает?

Где-то с той недели я нашла ответ на этот вечный вопрос. Оцениваю я – и только.

И ЭТО БОЛЬШАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.

Гораздо большая, чем принято на себя брать в мире, где мама, брат, муж, отчим и соседи знают, что такое плохо и как быть хорошей.

Когда начинаешь осознавать свои чувства, давать себе право на них, автоматически включается собственная ответственность – а кто виноват, что я злюсь, когда молчу, а на мне продолжают ездить? Кто виноват, когда мне плохо, но я молчу, чтобы никого не обидеть?

КТО ВИНОВАТ?

Ответ на этот вопрос такой же, как и на предыдущий. Я – и только.

Это стало откровением. И да, это довольно сложно пережить, потому что переход из состояния жертвы в состояние ответственной за свою жизнь – это очень большая боль. И слезы. И открытия. И невозможность так дальше жить.

Но это единственный известный мне на сегодня способ понять, что происходит, повлиять на это и пойти тем путем, который нужен.